В сентябре 2026 года инвестиционный банк UBS вместе с Bloomberg и SIX Financial Information обновил прогнозы по ключевым сырьевым товарам на ближайшие два года. Главное противоречие: энергоресурсы, такие как нефть и газ, могут подешеветь, в то время как металлы — особенно драгоценные и промышленные — демонстрируют уверенный рост. Это не случайность, а результат глобальных сдвигов в экономике, политике и технологиях.
Сначала о нефти. Цены на нефть марки Brent и WTI, которые сейчас торгуются около $95 и $91 за баррель соответственно, должны снизиться к концу 2026 года до $85 и $81, а в 2027-м — до $80 и $76. Почему? Во-первых, спрос на нефть растёт медленнее, чем ожидалось: многие страны и компании активно переходят на альтернативные источники энергии — солнечную, ветровую и даже ядерную.
Во-вторых, ОПЕК+ (картель стран-экспортёров нефти) постепенно увеличивает добычу, чтобы компенсировать падение спроса, но это приводит к перепроизводству. В-третьих, экономический рост в Китае, который раньше был основным двигателем спроса на нефть, замедляется из-за внутренних проблем — перегрева недвижимости, демографического спада и структурных реформ. Если Китай продолжит снижать импорт нефти, цены упадут ещё сильнее.
Но нефть — это не только топливо для машин. Это ещё и сырьё для химической промышленности, пластиков, удобрений. Если нефть подешевеет, это может снизить себестоимость многих товаров, но одновременно ударит по бюджетам стран-экспортёров, таких как Россия, Саудовская Аравия и Иран. Для России, где нефтегазовый сектор даёт почти половину бюджетных доходов, падение цен — это прямой удар по экономике.
Правительству придётся либо сокращать расходы (что плохо для социальных программ), либо увеличивать налоги (что не популярно у населения), либо искать новые источники дохода, например, в газовой отрасли или арктической добыче. Если цены на нефть упадут ниже $70 за баррель, это может спровоцировать новый виток санкций или попытки переговоров о снижении экспорта, как это было в 2014 году.
А теперь о газе. В США цена на природный газ временно подскочит к декабрю 2026 года до $3,90 за MMBtu из-за холодной зимы или неожиданных перебоев с поставками, но затем стабилизируется на уровне $3,20. Здесь ключевой фактор — ЛНГ (сжиженный природный газ). США стали крупнейшим экспортёром ЛНГ, и если спрос из Европы или Азии упадёт, цены могут остаться низкими.
Для России это двойной удар: если газ дешевеет, то и доходы от его экспорта сокращаются, а если нефть тоже падает, то газ становится ещё менее конкурентоспособным по сравнению с другими энергоносителями. Европа, которая пытается отказаться от российского газа, может столкнуться с проблемой: если цены на ЛНГ останутся высокими из-за дефицита, то переход на альтернативные источники энергии замедлится.
Теперь перейдём к металлам — здесь картина противоположная. Золото и серебро, которые аналитики называют «защитными активами», должны вырасти. Золото уже торгуется около $4,400 за унцию и, по прогнозам, поднимется до $5,400 к 2027 году. Почему? Потому что инвесторы ищут укрытие от инфляции, геополитических рисков и нестабильности на финансовых рынках.
Если центральные банки (например, ФРС или ЕЦБ) начнут снижать ключевые ставки из-за замедления экономики, золото может вырасти ещё сильнее — исторически оно растёт, когда деньги дешевеют. Серебро тоже растёт, но медленнее: с $65 до $80. Оно зависит не только от инвесторского спроса, но и от промышленного — его используют в электронике, солнечных батареях и медицине. Если производство возобновляемой энергии будет расти, спрос на серебро увеличится.
Платина и палладий — это отдельная история. Платина растёт умеренно, а палладий, наоборот, падает. Почему? Палладий используется в катализаторах автомобилей, но с ростом электромобилей спрос на него снижается. Кроме того, в России, которая является крупнейшим производителем палладия, могут усилиться санкции или проблемы с экспортом, что ещё больше подорвёт цены. Для автопроизводителей это хорошая новость — дешёвый палладий снижает стоимость традиционных машин, но для России это удар по одному из ключевых экспортных товаров.
Промышленные металлы — медь, алюминий, никель — растут из-за развития технологий. Медь, например, нужна для электропроводки, солнечных батарей, ветряков и электромобилей. Если мир действительно переходит на «зелёную» экономику, спрос на медь будет только расти. Алюминий тоже востребован в авиации, автомобилях и упаковке. Никель — один из самых растущих металлов — его используют в батареях для электромобилей и сталях для ветряных турбин.
Если Китай и Европа действительно начнут массово заменять бензиновые машины на электрические, цены на никель могут вырасти ещё выше, чем прогнозируется. Но здесь есть риск: если производство никеля в Индонезии или России замедлится из-за санкций или экологических проблем, дефицит может спровоцировать новый виток роста цен.
Цинк — это исключение среди металлов. Его цена должна упасть с $3,865 до $3,500. Почему? Потому что цинк в основном используется в строительстве, а в Китае и других странах наблюдается замедление в этой сфере. Если экономика охладится, спрос на цинк упадёт.
Сельское хозяйство остаётся волатильным. Кукуруза, пшеница и соевые бобы — ключевые культуры для мирового продовольственного рынка. Их цены зависят от погоды, урожайности и геополитики. Например, если в США или Бразилии будет засуха, цены на кукурузу подскочат. Если в Украине или России начнётся новый виток конфликта, экспорт зерна может быть заблокирован, что приведёт к дефициту и росту цен. Аналитики UBS ожидают умеренные колебания, но риски остаются высокими.
Для России это особенно важно: если цены на зерно упадут, доходы аграриев снизятся, а экспортные пошлины могут стать менее эффективными.
Теперь о том, кто выиграет и кто проиграет от этих трендов. Страны-экспортёры нефти и газа, такие как Россия, Саудовская Аравия и Норвегия, потеряют часть доходов. Для России это особенно критично, потому что бюджет сильно зависит от энергоносителей. Если нефть упадёт ниже $70, это может спровоцировать девальвацию рубля, рост инфляции и новые проблемы с внешним долгом.
Компании, которые добывают нефть и газ, тоже пострадают — им придётся сокращать расходы или искать новые месторождения.
С другой стороны, страны, которые импортируют нефть и газ, выиграют: им будет дешевле закупать топливо для транспорта и промышленности. Это особенно важно для Европы, которая пытается сократить зависимость от российского газа. Если цены на ЛНГ останутся высокими, это может заставить страны вернуться к переговорам с Россией или ускорить строительство новых терминалов для импорта сжиженного газа.
Инвесторы, которые держат золото и серебро, выиграют от роста цен. Это особенно актуально для тех, кто боится инфляции или геополитических кризисов. Промышленные металлы, такие как медь и никель, тоже привлекательны для долгосрочных инвестиций, особенно если мир действительно переходит на возобновляемые источники энергии. Но здесь есть риск: если экономика охладится, спрос на металлы может упасть.
Компании, которые производят электромобили, солнечные батареи и ветряки, выиграют от роста цен на медь, никель и серебро. Tesla, BYD, Siemens Gamesa и другие гиганты «зелёной» экономики будут закупать металлы по более высоким ценам, но и продавать свою продукцию по более высоким ценам из-за роста спроса. Для России это двойной вызов: с одной стороны, она экспортирует никель и палладий, которые могут подешеветь, а с другой — импортирует технологическое оборудование, которое становится дороже.
Что будет дальше? Всё зависит от нескольких факторов. Во-первых, от политики центральных банков. Если ФРС или ЕЦБ начнут снижать ставки из-за замедления экономики, золото и серебро вырастут ещё сильнее, а нефть может упасть ниже прогнозов. Во-вторых, от геополитической ситуации. Если начнётся новый конфликт на Ближнем Востоке или в Украине, цены на нефть и газ подскочат, несмотря на прогнозы. В-третьих, от темпа перехода на возобновляемые источники энергии.
Если страны действительно ускорят переход от нефти к солнечной и ветровой энергии, спрос на нефть упадёт быстрее, чем ожидается, а спрос на медь и никель — вырастет.
Ещё один важный фактор — климат. Если в ключевых сельскохозяйственных регионах (США, Бразилия, Украина) будут засухи или наводнения, цены на зерно подскочат, несмотря на общий тренд на снижение. Это может спровоцировать продовольственные кризисы в Африке и Ближнем Востоке, где зависимость от импорта зерна очень высока.
Если тенденции сохранятся, то к 2027 году мир может столкнуться с новой перестройкой экономики. Нефть и газ станут менее доминирующими, а металлы и возобновляемые источники энергии — более важными. Для России это означает необходимость диверсифицировать экономику: развивать высокотехнологичные отрасли, увеличивать экспорт металлов и сельскохозяйственной продукции, а также искать новые рынки сбыта. Если этого не произойдёт, зависимость от нефтегазового сектора может стать фатальной.
Но не всё так однозначно. Если экономика охладится сильнее, чем ожидается, спрос на металлы может упасть, а цены на нефть — остаться низкими дольше. Если начнётся новый виток инфляции, центральные банки поднимут ставки, и золото может вырасти ещё сильнее. Если геополитическая ситуация ухудшится, цены на все сырьевые товары подскочат, несмотря на прогнозы.